Он просто любит дождь и одиночество,
Бесцельные прогулки, с самим собой.
Он любит быть вне общества,
И воздвигает, сам себе, из музыки забор.

Он любит ночь, но ненавидит звезды.
Они ведь нарушают девственную мглу,
В которой можно спрятать слезы
От посторонних лиц, от всех вокруг.

Он любит дождь. Он любит запах от озона.
Он любит пасмурные дни.
Во время них все улицы свободны.
И под открытым небом только он и дождь. Одни...

Он любит помогать своим друзьям,
И видеть радость на их лицах.
Не помнит, когда он улыбался сам.
Ведь радоваться жизни разучился.

Свои эмоции и чувства, хранит в себе.
Не позволяет он над ними насмехаться,
И выражает их, лишь на бумажной белизне,
В стихах и прозе, прямо как писатель.

Он не один. Он просто одиночка.
Он не понятен никому.
Везде, где надо запятые, ставит точки.
Вот так вот в этом мире и живет...

Злое отрицание, всего, вездесущее,
Тонкая нить накала вольфрамная,
Пуст в глубине, мой разум задумчивый,
Злость и безумственность в душу закралось мне,

Иду в пустоте, по серой бескрайности,
Лишь злой бас итогов, порывов от прошлого,
Мелодия сердца ударным бьет битом,
Злость подливает в мой минус комфорта,

Упрек за упреком, такая мелодия,
Она где-то тешится, ладно, довольно,
Тихо рождается нечто ужасное,
С обликом ангельским, но помыслом дьявольским,

Мир, отбирая у каждого встречного,
Искренность тонкую, нежность беспечную,
Тихо разрезав души оболочку,
Смольный отвар вливаю коварно,

Свой рай получаю, остальное не важно,
Прошлое вырезал, лезвием острым,
Все что я делаю, рву души бумажные,
Ведь только с виду они тут все скромные.

мне не подвластны времени законы
и беззаветно уплывают в ночь
глаза уставшие, напротив монитора...
быть может, друг мой, сможет кто помочь?...

стал голос от невзгод и бурь беззвучен
табак застыл при выдохе души
жизнь, говорили, многому научит...
Ах, жизнь-подруга, жить-то научи!...

КОГДА ПРИДЕТ ТОТ ДЕНЬ-ГДЕ Я НЕ СТАНУ БОЛЬШЕ ПЛАКАТЬ?..
КОГДА РАССВЕТЫ СОЛНЦЕМ СТАНУТ И Я О ГРУСТИ И НЕ ВСПОМНЮ?..
КОГДА МОЯ ЗИМА СВОЙ РОК УПРЯЧЕТ И ДОМ ТЕПЛЕЕ СТАНЕТ?..
ВО ВСЕ МИНУВШИЕ ГОДА
И ВРЕМЯ ТЯЖКОЕ С РАЗЛУКОЙ
ДУША ОДНАЖДЫ ВВЫСЬ
УСТРЕМИТЬСЯ
ТОГДА ,БЫТЬ МОЖЕТ ВСЕ ЗАБУДЕТСЯ..

Меня раздражают серые лица,
Меня раздражает их суета,
Куда убежать мне от будней, где скрыться?
Исчезнуть во тьме, не оставив следа…

Прислушаюсь… зря… лишь одна пустота,
Глухими ударами сердце стучит,
И душу окутала вновь темнота,
А внутренний голос от боли кричит…

Терзает меня, разрывая на части,
По телу струится нервная дрожь,
Забыла значение слова я «счастье»,
Знакомыми стали предательство, ложь…

И я прозябаю в немом исступленье,
Уже не стремясь ничего изменить,
Постигла в бою за любовь пораженье,
И как-то бесцветно осталось мне жить…

В новой надежде, на смысл без ритма,
По улицам темным, от жизни безликим,
Иду проницательно, часто довольный,
От частого дымного, до краткого строчного,

Итог многоточие, излом не протянутый,
Остаток от жизни и лика довольного,
Просуществовав лишь второй свой десяток,
На том и окончена, нота безвольная.

На кратком остатке, на бурой отметке,
В душе оставляют от лезвия метки,
Собрав все, что есть, меняешь бездарно,
Итог целой жизни обрезан коварно.

Ну! Критикуйте мою душу, что же вы?!
Глаза отводите, как будто стыдно вам…
Сердца ваши давно уж заморожены.
Заледенели и разбились в хлам.
Да-да, стихи мои быть может ранние…
Вы спросите, чего я их стыжусь?
Тогда скажите мне, на ЧЬИХ страданиях
Воздвигнуты соборы ВАШИХ душ?!
Я выстрадала всю свою поэзию.
Каждое слово, рифма, буква, точка
Давались мне лишь под прицелом лезвия.
Да. Не из воздуха брала я эти строчки.
Не лицемер. Простите бесталанную.
Я не могу писать про «любу Батькiвщину»,
Когда душа горит безумным пламенем
От боли в сердце… В этом вся причина.
Вот вам болезнь. Диагноз тоже вот он:
«Вы бесталанны, милая моя.»
«Я – бесталанна?.. Да катитесь к черту!
Вы бы стерпели, что терпела я?!...»
Когда боль разрывает вас на ломти:
На бесконечность маленьких частиц.
Когда весь мир ты видишь сквозь заслонку –
Немую череду безликих лиц.
И понимаешь, что еще совсем немного
И жизнь закончится… лишь подвернется случай…
Сквозь вихрь того безверия слепого
За стол садишься и берешь ты ручку.
И вот тогда ты снова оживаешь.
И твоя быль имеет снова смысл.
Да-да, я психопатка, но я знаю,
Что жизнь свою переношу на лист.
Переношу потери, боль, утраты
И одиночество, которое со мной
Как карма. Как мое исчадье ада
А на листе – изгиб чернил простой…
Да-да, стихи мои быть может ранние…
Вы спросите, чего я их стыжусь?
Тогда скажите мне, на ЧЬИХ страданиях
Воздвигнуты соборы ВАШИХ душ?!

Синіми руками
складаю пазли
посеред порожньої кімнати
все-одно не вистачає простору
передоз емоцій
нестача думок
цілісних, не взаємно протилежних
таких, що дають щось крім сумнівів
складаю, перебираю
розкидую, розмітую
лягаю на спину і заспокоююсь
ходжу і шукаю картинки-уламки.....

Когда перестает писать ручка
От силы с которой давит рука
Когда перестает работать липучка
Что находится где-то в районе замка…

В тот момент боль подрывает завесы
Раны открываются новой графой
Ты тупишься снова на занавеску
И хочешь уйти в беспробудный запой.

Ты хочешь порвать все «валентинки»
Простые открытки и фото с тобой
Ты хочешь жить как тогда, по старинке
Или так, если б любовь обошла стороной.

Просидел так весь день как тупой Буратино
«Умные книги» Делал вид что читал
Просидел я один в этот день Валентина
В результате счастливее так и не стал.

Я соткана с одних противоречий,
Хочу быть пленником свободным от оков,
Не зная языков и всех наречий,
Хочу уметь сказать всем всё без слов…

Я как живая статуя со льда,
И душу мне давно сковал мороз,
И от той прежней я, нет и следа,
Порой, мне не хватает даже слёз…

Уже не вижу я во всём добро,
От мига счастья так не трепещу,
Теперь я замечаю даже зло,
Но как ни странно, вновь себя ищу…

Ищу себя в пространстве средь миров,
Среди людей ищу, но безуспешно,
Я словно в бесконечности оков,
В своих терзаньях тлея безутешно…

Я, как магнит тяну к себе печаль,
И как луна мерцаю одиноко…
И в примитивности своей себя мне жаль,
Что боль в душе засела так глубоко…